Просто потому, что цветы и подобные им телодвижения портят мужчину, делают его женоподобным, слабым. Когда это делается на вид общественности, вот тогда он ниспадает с высокого места, именуемое честью! Такой становится тряпкой в полном смысле этого слова. Уж очень много примеров ныне, в настоящем мире.
А что касается супруга, решившего порадовать супругу цветами, то флаг такому в руки, если он делает это из искренности и уважения, но так, чтобы никто этого не видел! Дарить подарки — хорошо. Они — из признаков любви. Такие подношения укрепляют семейные узы, положительно влияют на самих людей и на их настроение. Я бы дарил их супруге каждый день! Просто отдай их ей, не фиксируя и не выказывая этого. Вот и всё.
Что такое «мужская грубость»?
— Это свойственный мужчине тон во всех его делах и проявлениях. Иначе: сказано — сделано.
— Прямо, решительно и без возражений, но с милосердием, мягкостью и радушием.
— Это я отметил в предыдущем письме.
Я не из тех, кого родители окутывали ласками и чрезмерной любовью. Мне это чуждо.
Не вспомню, чтобы матерь хоть раз меня изрядно ласкала. Ни я, ни матерь моя — мы оба относимся к этому с некоторой опаской. Просто потому, что я — мужчина, носитель чести и достоинства. Конечно, в каких-то жизненных моментах она могла сказать что-то лестное, приятное, но такие слова, как правило, говорят один-два раза в жизни. Так нас воспитывают!
Мне это нравится. В моей семье нет ничего экстраординарного. Мы такие же люди, как и все остальные.
Я обычный парень из самой обычной семьи.
Телевизионный опыт НЕ дал мне ничего, кроме погибели сердца. Прошло больше двух лет с того момента, как я покончил с этим. Место это, словом, славится своим «нравственным бесплодием». Человек может прийти туда и в одночасье лишиться всех добродетелей, собранных в нём. Нет здесь ни субординации, ни уважения, ни чести, ни достоинства — ничего, ровным счётом. И стар и млад — все под одной крышей, и меж ними нет ни завес, ни преград..
Я пожелал уйти от этого. Но прежде всего — монотеизм. В один из дней, оказавшись в студии с диктором, услышалось о каком-то дне христиан, где их называли «верующими» и т.д.
И я сказал себе: «Как я могу здесь находиться, когда говорю: «Скажи, Он — Аллах — Единственный?!». Где я и зачем? Что я приготовил на день неотвратимый?! Испить мне из чаши смерти, и воскрешён я буду к жизни вечной, и спрошен о днях бытийности моей». Что же я скажу Господу моему — Аллаху Вечному?!»».
Через несколько дней я ушёл оттуда. Утром написал заявление и тем же днём был уволен по собственному желанию.
Хвала Аллаху.